читать Есть Реальность и Время. А еще есть Судьба. Мы играем в одну очень интересную игру. Время идет, Реальность существует, а Судьба… Судьба ищет. Тебя для меня. Возможно, найдет, возможно, нашла. И, конечно, есть еще Мечта. Она скрашивает мое ожидание. Вихри иллюзий кружатся вокруг меня, оторванной от реальности. Самый просто выход – включить музыку и закрыть глаза. Но это рано или поздно надоедает, и ко мне является Уныние. Гладит по голове, шепчет какие-то мантры на ухо… И сквозь расслабление, порожденной Мечтой, прорывается Реальность. Злая, чуть встрепанная, рассерженная невниманием. Пощечина.
«Очнись, дрянь».
Что тебе нужно от меня?
«То же, что и всегда. Может, Ваше Величество соизволит посмотреть, что твориться в Вашей жизни?»
Мне это не интересно.… Не мешай.
«Не мешать чему? Уничтожать свой разум, консервировать свою душу? А может, деградировать?»
Не кричи. Отстань от меня. Мне все равно.
«Все равно? Ладно…. Развлечемся?».
Реальность нагло ухмыляется и исчезает, но слова глубоко вцепляются в разум, заставляют задуматься. Мечта не может удержаться рядом с напряженной душой, не может терпеть размышления о Настоящем. Медленно растворяется в пространстве. Пустота… Скользящая, равнодушная, без эмоциональная. Заполняет все существо. Теперь действительно мир оказывается, словно под колпаком отстраненности, безразличия. Но даже такое состояние не длиться долго. Пустота исчезает так же внезапно как появилась. И в тот же момент в сознание с силой вламывается Страх. Разносит все рамки, ломает все установки, пляшет на нервах, расшатывая психику. Издевательски смеется, отражаясь в глазах, полных концентрированного Ужаса. Сворачивает шеи Желаниям, вонзает ржавую лопату прямо в грудь Надежде. С наслаждением поворачивает. Надежда падает, тщетно пытаясь закрыть рваную рану трясущимися руками. Мука смотрит на нее и разражается безумным смехом. Затем стилами наступает на руку бьющейся в конвульсиях Надежды. Крик Отчаяния тонет в хохоте Истерии. Слабость кислотными слезами испепеляет Веру. Безысходность задумчиво копается в прахе, который только что был Стремлением. Ярость железными когтями, длиной в полметра, рвет Терпение в клочья. Доброта, не в силах пошевелиться, смотрит, как к ней, недобро улыбаясь, движется Ненависть. Подходит близко-близко и, слегка щурясь, смотрит в глаза Доброты, расширенные от ужаса. Вздыхает с напускной печалью. А затем достает узкий клинок, гладкий до невозможности, но не отражающий свет, а поглощающий его, и вгоняет прямо в грудь Доброте. Сталь проламывает ребра, вонзается в сердце и выходит из-под левой лопатки. Доброта, давясь кровью, кашляет, хрипит, цепляется за лезвие меча, несмотря на порезы тут же открывающиеся на руках. Медленно оседает на пол. Тщетно пытается выдернуть клинок из своей груди. Сантиметр за сантиметр он поддается, неохотно, но все равно выходит из тела. Ненависть с неприкрытым интересом наблюдает за муками Доброты. На пол стекает красная горячая жидкость, проникая во все щели сознания. Наконец, клинок, уже полностью извлеченный из раны, падает на пол с легким звяканьем. Доброта обхватывает себя руками, пытаясь сдержать стон страдания. Боль наблюдает за этим торжеством Тьмы, но словно что-то услышав, резко оборачивается. За нею стоит Бессмертие и, облокотившись на стену, курит, пристально наблюдая за Ненавистью и Добротой. Боль, немного помедлив, быстрым шагом подходит к ней и останавливается рядом в напряжении. Бессмертие кивает и протягивает ей сигарету. Боль, чуть улыбнувшись, тонкими пальцами берет сигарету и прикуривает. Тем временем Ненависть опускается на корточки рядом с Добротой, и внимательно смотрит в ее глаза, уже не отражающие ужаса, лишь немного усталые, но почему-то спокойные. Ненависть вновь щурится. Кажется, что-то не так. Стремительно встает, разворачивается и идет к Ярости, разрывающей на куски Радость. Буквально отрывает Ярость от жертвы, встряхивает, крепко держа за шкирку, и указывает на Доброту свернувшуюся калачиком около стены. Глаза Ярости зажигаются бешенством, она пытается вырваться из цепких рук Ненависти, но ее крепко держат. Ненависть снова разворачивает ее к себе, что-то тихо говорит и отпускает, поворачиваясь к Радости. Медленно подходит к сжавшемуся в комок чувству, любуется лицом, выражающим муку. Ненависть вообще наблюдательна и рациональна. Всматривается в каждую черту лица, запоминая выражение. Но неожиданно в глазах Радости появляется облегчение, взгляд устремлен к противоположной стене. Ненависть оборачивается, пытаясь найти Ярость и Доброту. В изумлении распахивает глаза и стремительно оказывается около лежащей ничком Доброты. Бывшей Доброты, только что, судя по всему, поглотившей Ярость. Застывает, не веря действительности. Существо, ранее бывшее Добротой, садится, а потом медленно поднимается на ноги. Откидывает длинную челку со лба и ехидно смотрит в глаза Ненависти. Говорит что-то о том, что и Добро должно быть с кулаками. Поднимает клинок Ненависти, только что пронзивший ее, и полностью распрямляется, мило улыбаясь. Ненависть делает несколько шагов назад, ошарашенная разгадкой. Возможно ли, чтобы такое чувство как Доброта могло кого-то поглотить? Да еще при этом измениться? Ответ стоит перед Ненавистью, многозначительно покачивая меч. Возмездие, Вендетта, Месть… Теперь это ее имя. Ненависть тихонько смеется, осознавая, что сейчас является проигравшим. Невозмутимо кланяется Мести и выпрямляется, выжидательно смотря в ее глаза. Однако ничего не происходит. Месть лишь снова ухмыляется, отодвигает Ненависть с дороги, и начинает вальсировать среди толпы чувств, совершая точные удары. Шаг, шаг, шаг. На пол падают пробитые Безысходность, Слабость и Истерия. Снова три шага. Одновременно сталь трижды вонзается в тела. Мука оседает на пол, держась за перерезанную шею, захлёбываясь кровью. Ужас на мгновение застывает, чувствуя, как клинок проникает в сердце, и валится рядом с Мукой. И последней приходит очередь Страха. Удар, укол, удар. Страх падает на колени, с переломленным хребтом, пробитыми коленями и локтями. Не в силах пошевелиться, обездвиженный, он с бешенством глядит на Вендетту, заносящую над ним меч. Удар. Разрубающий тело от плеча до сердца. Страха больше нет. Возмездие еще несколько мгновений медлит, смотря на безжизненное тело, но затем поворачивается и быстро идет к распятой Надежде. Бережно поднимает израненное, изломанное тело на руки и возвращается к Ненависти. Протягивает ей изможденное чувство. Ненависть берет Надежду на руки, непонимающе глядя на Месть.
- Что это значит?
- Каждый получает должное. Каждый должен заплатить за проступки. Это твоя плата.
- И что я должна с ней делать? – саркастично спрашивает Ненависть.
- Поглотить. С такими повреждениями она не сможет быстро восстановиться. Хотя мы все и бессмертны, мы существуем в симбиозе друг с другом. Пока есть Боль, будет Упорство. Пока есть Ярость, будет и Терпение. Пока есть ты, буду и я. – пожимает плечами Возмездие.
Ненависть кивает и опускается на пол, аккуратно прижимая к себе Надежду. Пространство вокруг них накаляется, искажается, наэлектризовывается. Несколько мгновений, и перед Местью уже не два чувства, а лишь одно. Оно встает, медленно поднимая глаза на Возмездие. То, несколько секунд изучая чувство, вдруг широко улыбается, а затем исчезает. Боль и Бессмертие переглядываются друг с другом, затем подходят к новому чувству.
- Добро пожаловать к Вечным, Любовь.
{ Finita la comedia }